Мануэля Вальса и французское правительство заткнёт только Праведный Халифат по методу пророчества

French Prime Minister Manuel Valls gives a press conference, on April 22, 2015, after the weekly cabinet meeting at the Elysee Presidential Palace in Paris. An IT student allegedly planning a church attack in France has been arrested, the interior minister said on April 22, 2015, just over three months after Paris was hit by a jihadist killing spree. AFP PHOTO / MIGUEL MEDINA        (Photo credit should read MIGUEL MEDINA/AFP/Getty Images)

Новость:

В интервью политической программе на канале «France 2» Мануэль Вальс (французский государственный и политический деятель, член Социалистической партии, министр внутренних дел Франции с 15 мая 2012 года по 31 марта 2014 года, премьер-министр Франции с 31 марта 2014 года по 6 декабря 2016 года) заявил о своём недовольстве растущими внешними проявлениями Ислама во Франции и в Тунисе. В то же самое время 30 членов Народного конгресса в Тунисе подписали петицию против заявлений Вальса, в которой подчёркивается необходимость противодействовать его заявлениям и требуется от Вальса принести извинения за его слова, когда он сказал: «Хиджаб навязан женщинам в Тунисе точно так же, как это обстоит в Иране». После этого некоторые «передовые» сайты Туниса стали публиковать фотографии с тунисскими женщинами без покрывал на головах в качестве оправдательного жеста, демонстрирующего ложность утверждений Вальса и напоминающего о том, что Тунис считается первопроходцем в области соблюдения прав женщин во всём арабском мире.

 

Комментарий:

Это – уже не первый раз, когда кандидат в президенты Франции Мануэль Вальс перед началом выборов осмеливается нападать на женщину-мусульманку, упрекает её за шариатскую одежду и критикует её. Ранее, когда Мануэль Вальс занимал пост министра иностранных дел, он уже называл законы Ислама фашизмом и мракобесием, поработившим женщину-мусульманку, в частности – в Тунисе.

Многие нынешние жители Франции сравнивают Мануэля Вальса с экс-президентом Николя Саркози из-за его жёсткой позиции по поводу светскости и её отчаянной защиты, а также из-за его постоянных нападок на идеи «свободы», проводимые с целью показать Франции – «колыбели демократии», – что все эти свободы являются выдумкой и мифом, в которые не верит никто, кроме наивных. Сам же он пытается практиковать идею некоей «светской репрессии», объявляя войну против Ислама в рамках борьбы с терроризмом и экстремизмом. Он был одним из подписантов закона о решительном запрете ношения паранджи во Франции, а сегодня он осуждает рост внешней исламизации Туниса, проявляя в связи с этим свою озабоченность, в то время как ранее он и его правительство поддерживали режим диктатора Бен Али, подавлявшего ношение в народе шариатской одежды и саму приверженность к этой одежде под лозунгом: «Долой свободы, когда дело касается колонизации народа». Фундаментальные противоречия, допущенные Вальсом в его видении светскости, не мешают ему открыто продолжать свой курс, потому как он по сей день расценивает Тунис и прочие страны Северной Африки как прогулочные парки для своей страны, как колонии, оставшиеся без хозяина, а значит, у Франции есть полное право высокомерно вмешиваться во внутренние дела этих стран в частности и в общем. После того, как французские политики увидели волну революций, прокатившихся по северу Африки, то больше всего они стали переживать за то, чтобы Тунис не вышел из-под контроля Франции спустя вот уже сто лет после начала жестокой французской оккупации. Это обстоятельство толкнуло Мануэля Вальса развивать свои идеи вплоть до своего ухода с должности министра иностранных дел. Вместо того, чтобы говорить о накопившихся проблемах внутри самой Франции и работать над их разрешением, Вальс ломает голову над женской шариатской одеждой в Тунисе, дабы тем самым прикрыть свой политический провал из-за бесперспективности идеи борьбы с терроризмом и экстремизмом.

Вальс никогда бы не стал нападать на одежду чистой женщины-мусульманки в Тунисе, если бы опасался реакции на это со стороны тунисского правительства. Таковы эти враги: когда они чувствуют безнаказанность, то теряют всякое приличие. И неужели собрание подписей с требованием принести извинения является должным ответом на такие нападки?!

Такая немощная реакция лишь усиливает пораженчество, зависимость и унижение, как и не выражает ничего, кроме политической беспомощности тунисского правительства и отсутствия у него любого признака суверенитета перед лицом колониальной Франции. Дошло до того, что честь мусульман и законы Ислама стали стоить в глазах тунисского правительства горстки подписей, робко требующих неких извинений, или же в ответ на эти нападки начинают распространяться фотографии женщин без хиджабов в фейсбуке, а некоторые, как бы оправдываясь, заявляют о том, что женщины в Тунисе не принуждаются к шариатской одежде. Франция радуется такой реакции ещё больше, потому как видит успех в деле разращения женщины-мусульманки, скинувшей с себя покрывало, а также радуется тому, что ей удалось поставить под вопрос закон великого Шариата, который в Исламе вообще считается красной линией, игра с которой – непростительна. Женщина-мусульманка – это честь, которая должна быть сохранена и защищена, и эта обязанность ложится на каждую личность, на всё общество и на государство… Нельзя ограничиваться требованием извинений! Никогда Франция не будет приструнена иначе, кроме как сильным государством и сильным правителем, который оживит поступок Муатасима, отправившего целое войско на спасение одной женщины, взывавшей о помощи.

То, что некоторые считают достижением для женщины, на самом деле является идейным и законодательным поражением, которое народ Туниса потерпел от диктатора Бургибы, потому как он считал запрет хиджаба победой над Исламом, а не над колонизатором. Его целью была чистая женщина-мусульманка Туниса, и Франция оказывала ему в этом сильную и непосредственную помощь. Тем не менее, в итоге Бургиба проиграл, потому как его политика и политика его господ не отделила мусульманку от законов её Господа, несмотря на всю напущенную иллюзию современности и свобод, а также пытки и репрессии.

Народный конгресс с его предложением собирать подписи не выражает воли народа и не представляет его, потому как счёт, который есть у нас к Франции, не приемлет переговоров, диалогов и извинений. Корни этого счёта стары и связаны с религией, пролитой кровью, попранной честью, отнятыми жизнями и разграбленными богатствами… Но если Франция и контролирует правительство Туниса, то народ Туниса не станет её слушать и никогда не забудет её преступлений и варварства, никогда не простит ей десятилетий колонизации, притеснений и несправедливости. Только лишь государство Праведный Халифат по методу пророчества, только лишь его армия способны сотрясти высокомерие Франции и вернуть её к изначально униженному положению, после чего цивилизация франкофонии будет окончательно похоронена на своей же территории.

Сказал Посланник Аллаха (с.а.с.):

لا يَبْقَى على ظَهْرِ الأرضِ بَيْتُ مَدَرٍ ولا وَبَرٍ ؛ إلا أَدْخَلَهُ اللهُ كَلِمَةَ الإسلامِ ، بعِزِّ عزيزٍ وذُلِّ ذليلٍ : إِمَّا يُعِزُّهُمُ اللهُ فيَجْعَلُهُم من أهلِها ، أو يُذِلُّهُم فيَدِينُونَ لها

«Не останется на земле ни оседлого дома, ни кочевого, в который бы Аллах не ввёл слово Ислама сильным величием или сильным унижением. Аллах либо даст им величие и сделает их его носителями, либо унизит им, и они подчинятся ему».

 

Нисрин Бузафри

17 Рабиъ ус-сани 1438 г.х.

15.01.2017 г.